Наиболее распространённые определения гуманитарной интервенции

Теоретическое обобщение и анализ применения гуманитарной интервенции в истории внешней политики некоторых государств позволяют выработать четкое научное понятие этого противоречивого феномена, а после выяснить вопрос о правомерности гуманитарной интервенции в мире основных принципов современного международного права.

Сначала отметим, что, несмотря на богатую и давнюю историю гуманитарной интервенции, среди юристов еще не сложилось единодушное мнение относительно не только ее правомерности, но и относительно самого термина. В разные времена, как это следует, в частности, из исторических эпизодов, в доктрине и практике применялись разные сроки, которые означали, собственно, одно явление. Кроме термина «гуманитарная интервенция», встречаются и более размытые, такие как: «вмешательство временного характера в целях охраны жизни и собственности своих граждан», «демократическая интервенция», «меры по спасению жертв международного террора», «вмешательство из соображений гуманитарного характера «,» интервенция во имя гуманных целей» и т. п. Однако среди всех терминов термин «гуманитарная интервенция», хотя и на первый взгляд выглядит несколько противоречивым и публицистическим, однако именно он получил наиболее широкое распространение в литературе.

К сожалению, доктрина международного права, возможно, через двусмысленность феномена, еще не выработала, как уже отмечалось, адекватной и четкой научной дефиниции гуманитарной интервенции. Так, советская школа международного права понимала под гуманитарной интервенцией «применение вооруженной силы против другого государства якобы с целью восстановления в ней демократии и предотвращения массовых нарушений прав человека». Однако, как мы уже видели, гуманитарная интервенция, во-первых, не всегда может быть направлена исключительно на восстановление демократии, как это было в случаях гуманитарной интервенции sensu stricto, или в эпизодах, связанных с интервенциями в развивающихся странах.

Во-вторых, эта дефиниция не учитывает того, что гуманитарная интервенция может осуществляться не столько для предотвращения, сколько для прекращения уже существующих нарушений прав человека.

Американская же доктрина международного права видит в гуманитарной интервенции «насильственное вторжение одного государства на территорию другого с целью защиты индивидов от угрозы их жизни, от бесчеловечного и жестокого обращения или преследования». Данная дефиниция не учитывает того, что гуманитарная интервенция может производиться не только только одним государством, но и группой стран, как это произошло, например, во время вторжения США и группы государств Карибского бассейна на Гренаду в 1983 году.

Нельзя также признать полностью удовлетворительным определение гуманитарной интервенции, предложенное профессором Стоуеллом в 1921 г. В своем труде «Интервенция в международном праве» он пишет о том, что «гуманитарную интервенцию можно определить как применение силы в разумных целях защиты населения другого государства от поведения, которое столь своевольное и систематически пренебрежительное, превышающий пределы той власти, в рамках которой суверенитет должен действовать разумно и справедливо». Хотя в этом определении и указывается на юридическую сущность гуманитарной интервенции как акта применения силы в международных отношениях, однако оно, как и дефиниция советской школы международного права, не охватывает гуманитарную интервенцию sensu stricto, направленную на защиту только граждан того государства, осуществляющего вторжения.

Для адекватного определения гуманитарной интервенции нам необходимо выделить наиболее характерные для нее особенности и черты, исходя из практики ее использования различными государствами. Как показывает эта практика, гуманитарная интервенция, во-первых, является актом подключения военной, а не, скажем, экономической или политической силы в международных отношениях, поскольку использование экономической и политической силы пока не запрещено международным правом.

Во-вторых, гуманитарная интвервенция производится, как правило, в виде вооруженного вторжения, осуществляемого одним государством или группой государств на территорию другого государства без мандата Совета Безопасности ООН. Причем под территорией другого государства подразумевается государственная территория страны, за исключением так называемой условной территории, т. е. речных, морских и воздушных судов, находящихся за пределами территории государства, которому они принадлежат.

В-третьих, гуманитарная интервенция осуществляется вопреки воле другого государства. Иными словами, нет официального разрешения правительства пострадавшей страны на осуществление каких-либо военных мер на ее территории, как это было, например, в случае акции Израиля на территории Уганды в 1976 г. Действия же ФРГ, которая заблаговременно получила официальное разрешение сомалийского правительства на проведение боевой операции по освобождению своего самолета с заложниками — гражданами ФРГ, бывших на его борту, не подпадает под определение гуманитарной интервенции.

В-четвертых, гуманитарная интервенция, как мы отметили, проводилась с целью или под предлогом защиты фундаментальных прав и свобод человека. Здесь имеется в виду, что гуманитарная интервенция имела место не тогда, когда затрагивались не основные права человека, такие как «право на образование» или «право радоваться искусством». Речь идет о общепризнанных основных правах, прежде всего такие, как право на жизнь, свободу, личную неприкосновенность и некоторые другие права, имеющие наибольшее значение с точки зрения всего человечества.

Кроме этого, интервенции для привлечения к ответственности лиц, виновных в нарушении прав человека, или интервенции, цель которых наказать государство за совершенные террористического акта (например воздушный рейд США против Ливии в 1986 году), не могут быть зачислены в гуманитарную интервенцию.

В-пятых, гуманитарные интервенции осуществлялись как для защиты граждан страны, осуществляющей вторжения, так и для защиты иностранных граждан, в том числе граждан той же страны, против которой проводится гуманитарная интервенция. Здесь уместно добавить, что на практике, как показывает опыт вторжений США в Панаму и на Гренаду, часто невозможно провести четкую грань между гуманитарной интервенцией sensu stricto и классической гуманитарной интервенцией.

В-шестых, защита так называемых прав человека при проведении гуманитарной интервенции осуществлялся от уже имеющихся или неизбежных массовых нарушений этих прав. Здесь важно подчеркнуть не на эпизодическом, случайном характере нарушений прав человека, а на их массовости, грубости и систематичности.

И наконец, в-седьмых, характерно, что государства, которые осуществляли гуманитарную интервенцию, утверждали, что они прибегали к ней в условиях неспособности или нежелании местной официальной власти другого государства самостоятельно обеспечить соблюдение основных прав человека и предотвратить возможные нарушения этих прав.

Итак, гуманитарная интервенция — это вмешательство, связанное с применением военной силы, осуществляемое одним государством или группой государств во внутренние дела другого государства с целью устранения массовых и грубых нарушений прав человека в этом государстве, если оно не желает или не может самостоятельно защитить права человека на собственной территории.

В целом, как показывает международный опыт, силовой защите прав человека осуществляется с помощью экономической, политической или военной силы.

Если использование экономической или политической силы в международных отношениях по защите прав человека рассматривается в основном как правомерное явление, то применение военной силы должно происходить в весьма жестких международно-правовых рамках.